Анастасия кругликова
Битва при Рейкьявике
— Главная тайна этого матча пока со мной...
— Так расскажите!
— Рано. Пока рано
— Так расскажите!
— Рано. Пока рано
Выпускник факультета журналистики интервью почти не давал. А одно из тех немногих, на которые согласился, кончилось больницей: Борис Спасский редактировал расшифровку, последнюю её часть, о матче с Бобби Фишером, и у него случился инсульт.
Вбейте в поиске по видео «Спасский Фишер» — у разборов этого сражения Холодной войны «ход за ходом» суммарный хронометраж не меньше, чем у разборов сражений Второй мировой. Высоцкий после матча написал балладу «Честь шахматной короны». Гайдай пробовал Спасского на роль Остапа Бендера. «Еще Милош Форман имел на меня виды. Собирался снимать картину о матче с Фишером».
Портрет Фишера стоял у пожилого Спасского на полке. Уже умерший Бобби на нём был молод.
Некоторые становятся историей не по отдельности, а вместе. Встав в пару однажды, в моменте – Зиновьев и Каменев, Пожарский и Минин. Надолго – Ильф и Петров. Или сев напротив друг друга – против друг друга – «на всю оставшуюся жизнь»: Петр I и Карл XII, Спасский и Фишер.
Вбейте в поиске по видео «Спасский Фишер» — у разборов этого сражения Холодной войны «ход за ходом» суммарный хронометраж не меньше, чем у разборов сражений Второй мировой. Высоцкий после матча написал балладу «Честь шахматной короны». Гайдай пробовал Спасского на роль Остапа Бендера. «Еще Милош Форман имел на меня виды. Собирался снимать картину о матче с Фишером».
Портрет Фишера стоял у пожилого Спасского на полке. Уже умерший Бобби на нём был молод.
Некоторые становятся историей не по отдельности, а вместе. Встав в пару однажды, в моменте – Зиновьев и Каменев, Пожарский и Минин. Надолго – Ильф и Петров. Или сев напротив друг друга – против друг друга – «на всю оставшуюся жизнь»: Петр I и Карл XII, Спасский и Фишер.
Прыжок в высоту
Гайдай пробовал Спасского на роль Остапа Бендера. «Еще Милош Форман имел на меня виды. Собирался снимать картину о матче с Фишером»
В шахматы Спасский начал играть в пять лет в детском доме, куда попал в результате эвакуации из Ленинграда перед началом его блокады. В 1946 вернулся в город с матерью, братом и младшей сестрой – Ираида станет чемпионкой мира и Советского Союза по… Шашкам.
Борис пришёл в шахматный кружок Ленинградского Дворца пионеров, а через три года уже стал самым молодым в стране обладателем первого разряда. Потом в свои 18 лет – самым молодым гроссмейстером в истории шахмат. На тот момент: скоро рекорд заберёт Бобби Фишер, которому будет тогда 15 –тоже самый молодой чемпион, но у себя, в США (а нынешнему обладателю титула Абхиманью Мишра вообще 12!).
Вскоре Спасский выиграл чемпионат СССР.
При этом успел окончить филфак Ленинградского университета, журналистское его отделение. И даже публиковал статьи и очерки о соревнованиях. А спустя 45 лет, в 2004, на два года стал главным редактором газеты «Шахматная неделя». И ещё, что называется, fun fact: он установил факультетский рекорд по прыжкам в высоту – 175 сантиметров. Напрашивается самая банальная метафора: его карьера – тоже рекордный прыжок в высоту.
В послевоенные годы, все 1950-е и 1960-е, шахматы были «наши», советские шахматисты разыгрывали чемпионство мира между собой. В 1966 Спасский матч проиграл действующему чемпиону Тиграну Петросяну. Но через несколько лет отбил-таки у него этот титул.
Анатолий Карпов, который станет чемпионом «через одного» после Спасского, говорил, что тот «был абсолютно и во всех отношениях универсальным шахматистом. Он равно хорошо умел атаковать, защищаться и аккумулировать позиционные преимущества. Именно он создал моду на универсализм, сохранившуюся до наших дней».
Борис пришёл в шахматный кружок Ленинградского Дворца пионеров, а через три года уже стал самым молодым в стране обладателем первого разряда. Потом в свои 18 лет – самым молодым гроссмейстером в истории шахмат. На тот момент: скоро рекорд заберёт Бобби Фишер, которому будет тогда 15 –тоже самый молодой чемпион, но у себя, в США (а нынешнему обладателю титула Абхиманью Мишра вообще 12!).
Вскоре Спасский выиграл чемпионат СССР.
При этом успел окончить филфак Ленинградского университета, журналистское его отделение. И даже публиковал статьи и очерки о соревнованиях. А спустя 45 лет, в 2004, на два года стал главным редактором газеты «Шахматная неделя». И ещё, что называется, fun fact: он установил факультетский рекорд по прыжкам в высоту – 175 сантиметров. Напрашивается самая банальная метафора: его карьера – тоже рекордный прыжок в высоту.
В послевоенные годы, все 1950-е и 1960-е, шахматы были «наши», советские шахматисты разыгрывали чемпионство мира между собой. В 1966 Спасский матч проиграл действующему чемпиону Тиграну Петросяну. Но через несколько лет отбил-таки у него этот титул.
Анатолий Карпов, который станет чемпионом «через одного» после Спасского, говорил, что тот «был абсолютно и во всех отношениях универсальным шахматистом. Он равно хорошо умел атаковать, защищаться и аккумулировать позиционные преимущества. Именно он создал моду на универсализм, сохранившуюся до наших дней».
«Это худший шахматист звонит лучшему»
Начало семидесятых. Холодная война. Спасский – чемпион мира. Американец Фишер – вчерашний вундеркинд. Они встречались и раньше. Например, в 1970 на шахматной олимпиаде в ФРГ. Спасский победил, после чего посол СССР его даже расцеловал.
Но через два года Фишер выиграл турнир претендентов – и официально стал соперником Спасского в грядущем очередном матче за чемпионство. Переговоры между СССР и США о месте и условиях шли полгода. Британская «Гардиан» шутила: «Собрать вместе Никсона и Брежнева в мае было детской игрой по сравнению с организацией саммита Фишера и Спасского». Только на телеграммы Международная шахматная федерация потратила около 1000 фунтов стерлингов.
Удалось договориться о Рейкьявике. Американская пресса продолжала язвить: «Следующей проблемой станет форма шахматного стола».
На церемонию открытия Бобби просто не приехал. Москва грозилась увезти Спасского домой. Американское посольство связывалось с Вашингтоном. Президент Исландии так и сказал в телеобращении к народу: не знает, почему Фишера нет.
По какой причине он не ехал, не знаем и мы. Может, то был акт психологической атаки на противника. Может, проявление неприязни к Союзу: в московском шахматном клубе он называл своих соперников «кучкой свиней», а в 1962 опубликовал статью «Русские подмяли мировые шахматы», где обвинил советских спортсменов в том, что они намеренно играют вничью друг с другом, чтобы по итогам турнира превзойти соперников из капиталистических стран. И вообще – «красная угроза», детская травма маккартизма. А может, целью были деньги: Бобби добивался – и добился – увеличения призового фонда.
Но через два года Фишер выиграл турнир претендентов – и официально стал соперником Спасского в грядущем очередном матче за чемпионство. Переговоры между СССР и США о месте и условиях шли полгода. Британская «Гардиан» шутила: «Собрать вместе Никсона и Брежнева в мае было детской игрой по сравнению с организацией саммита Фишера и Спасского». Только на телеграммы Международная шахматная федерация потратила около 1000 фунтов стерлингов.
Удалось договориться о Рейкьявике. Американская пресса продолжала язвить: «Следующей проблемой станет форма шахматного стола».
На церемонию открытия Бобби просто не приехал. Москва грозилась увезти Спасского домой. Американское посольство связывалось с Вашингтоном. Президент Исландии так и сказал в телеобращении к народу: не знает, почему Фишера нет.
По какой причине он не ехал, не знаем и мы. Может, то был акт психологической атаки на противника. Может, проявление неприязни к Союзу: в московском шахматном клубе он называл своих соперников «кучкой свиней», а в 1962 опубликовал статью «Русские подмяли мировые шахматы», где обвинил советских спортсменов в том, что они намеренно играют вничью друг с другом, чтобы по итогам турнира превзойти соперников из капиталистических стран. И вообще – «красная угроза», детская травма маккартизма. А может, целью были деньги: Бобби добивался – и добился – увеличения призового фонда.
Рассекреченные уже в нулевые годы стенограммы звонков Генри Киссинджера, советника американского президента (им был Ричард Никсон), открыли вот что: о неявке Фишера на будущий «матч столетия» американскому правительству сообщил журналист Дэвид Фрост. Говоря с Киссинджером, он резонно предположил, что мировые СМИ ничего доброго не напишут про такое поведение «первого американца, вмешавшегося в борьбу русских за чемпионство». Которого так ждёт в Рейкьявике Спасский – сдержанный, приветливый, терпеливый и чуть более пунктуальный, добавим от себя. «Для Запада, противостоящего Востоку, это будет иметь отрицательные последствия».
– Кажется, мне нужно просто позвонить ему, объяснить всё с внешнеполитической точки зрения и сказать, что я чертовски надеюсь на его прилёт!
И Киссинджер позвонил.
– Это худший шахматист звонит лучшему. Правительство США желает тебе удачи. Америке нужно, чтобы ты поехал и победил! Вы наш человек против коммунистов!
Фишер был в Рейкьявике на следующий день.
– Кажется, мне нужно просто позвонить ему, объяснить всё с внешнеполитической точки зрения и сказать, что я чертовски надеюсь на его прилёт!
И Киссинджер позвонил.
– Это худший шахматист звонит лучшему. Правительство США желает тебе удачи. Америке нужно, чтобы ты поехал и победил! Вы наш человек против коммунистов!
Фишер был в Рейкьявике на следующий день.
«Я совершил большую ошибку»
«И тут Фишер сразу воспрянул духом. Сразу преобразился. Но <…> продолжал писать заявления в том духе, что сегодня птички перестали петь в заливе Рейкьявика, а это происки Спасского, его команды, советского посольства»
Матч состоял из 24 партий. Победа – очко, ничья – 0,5 каждому. Первую Спасский выиграл. На вторую Фишер не явился и автоматически ее проиграл. Два – ноль. Фишер отказался продолжать. Играл в боулинг и смотрел телевизор.
«Я совершил большую ошибку перед третьей партией матча с Фишером. Ведь в этот момент Фишер практически начал сдавать матч <…> У Фишера возникли препирательства с организаторами на почве того, что видеокамеры работали шумно. Фишер начал третировать главного судью Лотара Шмида, со всеми перессорился.
И я поверил, что Фишер хочет сорвать матч. Вот в чём была моя ошибка. А ведь это было не совсем так. Фишер не хотел сорвать матч. Он хотел добиться для себя разных льгот и привилегий, потрепать мне нервы, держать всех в напряжении, но так, чтобы я не уехал из Рейкьявика. <…> Нет, я не расслабился. Но подумал, раз Фишер сходит с ума, то почему мне не пойти на маленькие уступки? И я согласился сыграть партию в резервном помещении, без зрителей. Ничего плохого там не было, партия была нормальной, боевой. Но всё-таки Фишер выиграл. И это было очень важно для него, потому что он выиграл у меня первую партию за всю историю нашего соперничества (до матча Фишер никогда у меня не выигрывал, а я имел три победы).
И тут Фишер сразу воспрянул духом. Сразу преобразился. Но <…> продолжал писать заявления в том духе, что сегодня птички перестали петь в заливе Рейкьявика, а это происки Спасского, его команды, советского посольства».
Фишер выиграл-таки «матч века».
Выиграл – и следующие десятилетия не соревновался. В 1975 Карпов стал новым чемпионом автоматически – Бобби отказался играть.
«Я совершил большую ошибку перед третьей партией матча с Фишером. Ведь в этот момент Фишер практически начал сдавать матч <…> У Фишера возникли препирательства с организаторами на почве того, что видеокамеры работали шумно. Фишер начал третировать главного судью Лотара Шмида, со всеми перессорился.
И я поверил, что Фишер хочет сорвать матч. Вот в чём была моя ошибка. А ведь это было не совсем так. Фишер не хотел сорвать матч. Он хотел добиться для себя разных льгот и привилегий, потрепать мне нервы, держать всех в напряжении, но так, чтобы я не уехал из Рейкьявика. <…> Нет, я не расслабился. Но подумал, раз Фишер сходит с ума, то почему мне не пойти на маленькие уступки? И я согласился сыграть партию в резервном помещении, без зрителей. Ничего плохого там не было, партия была нормальной, боевой. Но всё-таки Фишер выиграл. И это было очень важно для него, потому что он выиграл у меня первую партию за всю историю нашего соперничества (до матча Фишер никогда у меня не выигрывал, а я имел три победы).
И тут Фишер сразу воспрянул духом. Сразу преобразился. Но <…> продолжал писать заявления в том духе, что сегодня птички перестали петь в заливе Рейкьявика, а это происки Спасского, его команды, советского посольства».
Фишер выиграл-таки «матч века».
Выиграл – и следующие десятилетия не соревновался. В 1975 Карпов стал новым чемпионом автоматически – Бобби отказался играть.
Мой любимый враг
«Главная тайна этого матча» неизвестна – неизвестно, точнее, что считал таковой Борис Спасский. Ибо тайн много.
Некоторые стали явными позже: например, Киссинджер признался, что сделал тот самый звонок «из собственного интереса к шахматам». «…Матч между шахматистами был выгоден дипломату в качестве информационного прикрытия на фоне его переговоров с Ле Дык Тхо, о чём высокопоставленный политик, по его словам, прямо сказал претенденту на чемпионство. Действительно, начало очередной серии тайных встреч дипломатов было запланировано на 13 июля, а первые партии шахматистов – на 11 и 13 июля <…> Как раз в это время американская дипломатия находилась под беспрецедентным политическим давлением, которое увеличивалось с приближением президентских выборов. И именно в день начала секретных переговоров первые полосы газет всего мира сообщали о том, что Фишер не явился на вторую партию».
Другая тайна – не тайна даже, а та самая ирония судьбы – как в матче, который представлялся битвой двух идеологий, схлестнулись самые что ни на есть идейные. Спасский, сказавший партийному начальнику «стройки коммунизма не для меня», вскоре после Рейкьявика на несколько десятилетий уехавший в эмиграцию и увлекавшийся историей белой армии. «Я убежденный монархист, в Париже общался с людьми из рода Романовых».
И Фишер, обвинивший своё правительство во всем, от искушения Адама до организации геноцида по всему миру, объявленный ФБР в розыск и годами от него прятавшийся. «США контролируется кучкой необрезанных евреев. Посмотрите, госсекретарь и министр обороны – они же грязные евреи». 11 сентября Бобби прокомментировал так: «Это великая новость! Давно надо было дать Штатам пинка под зад. Я аплодирую тем, кто это сделал. Эту страну давно пора стереть с карты мира. США и Израиль в течение многих лет совершали военные преступления, а теперь бумеранг вернулся в США». Как говорится, других патриотов у нас для вас нет.
Некоторые стали явными позже: например, Киссинджер признался, что сделал тот самый звонок «из собственного интереса к шахматам». «…Матч между шахматистами был выгоден дипломату в качестве информационного прикрытия на фоне его переговоров с Ле Дык Тхо, о чём высокопоставленный политик, по его словам, прямо сказал претенденту на чемпионство. Действительно, начало очередной серии тайных встреч дипломатов было запланировано на 13 июля, а первые партии шахматистов – на 11 и 13 июля <…> Как раз в это время американская дипломатия находилась под беспрецедентным политическим давлением, которое увеличивалось с приближением президентских выборов. И именно в день начала секретных переговоров первые полосы газет всего мира сообщали о том, что Фишер не явился на вторую партию».
Другая тайна – не тайна даже, а та самая ирония судьбы – как в матче, который представлялся битвой двух идеологий, схлестнулись самые что ни на есть идейные. Спасский, сказавший партийному начальнику «стройки коммунизма не для меня», вскоре после Рейкьявика на несколько десятилетий уехавший в эмиграцию и увлекавшийся историей белой армии. «Я убежденный монархист, в Париже общался с людьми из рода Романовых».
И Фишер, обвинивший своё правительство во всем, от искушения Адама до организации геноцида по всему миру, объявленный ФБР в розыск и годами от него прятавшийся. «США контролируется кучкой необрезанных евреев. Посмотрите, госсекретарь и министр обороны – они же грязные евреи». 11 сентября Бобби прокомментировал так: «Это великая новость! Давно надо было дать Штатам пинка под зад. Я аплодирую тем, кто это сделал. Эту страну давно пора стереть с карты мира. США и Израиль в течение многих лет совершали военные преступления, а теперь бумеранг вернулся в США». Как говорится, других патриотов у нас для вас нет.
«Сразу после окончания матча Фишер сказал мне, что мы сыграем ещё один матч. Потому что чемпион мира, считал Фишер, должен иметь право на матч-реванш. И он сдержал своё слово»
Не тайна ли, какие у жизни бывают рифмы. В последнем своём интервью Спасский сказал: «Я почти дописал книгу под названием “Драматический матч”. Но это не про Бобби! А про матч, который проиграл Корчному в Белграде». Интервьюер вспоминает, что Борис тогда посмотрел на портрет Фишера виновато. Книга не вышла: материалы так и остались во Франции, откуда пришлось бежать. А вот и Фишер: «Про классические шахматы я написал целую книгу». И он – не о Спасском: «о матчах Карпова и Каспарова в 1984 и 1985 годах». Книга не вышла. Причина тоже уважительная: «евреи украли у меня все рукописи».
Не тайна ли, как побеждённый порой оказывается победителем в каком-то ином соревновании, где счёта нет. Когда ждёт, молчит, смотрит sine ira et studio – и жалеет победителя: «Видел: парень сходит с ума!». «Мне звание чемпиона мира никогда никакого счастья не приносило. Материально я немножко улучшил свою жизнь, но в общем-то ничего такого не было. Я инстинктивно никогда не стремился стать чемпионом».
– В итоге Фишер матч выиграл. О чём вы говорили напоследок?
– Сразу после окончания матча Фишер сказал мне, что мы сыграем ещё один матч. Потому что чемпион мира, считал Фишер, должен иметь право на матч-реванш. И он сдержал своё слово.
Не тайна ли, как побеждённый порой оказывается победителем в каком-то ином соревновании, где счёта нет. Когда ждёт, молчит, смотрит sine ira et studio – и жалеет победителя: «Видел: парень сходит с ума!». «Мне звание чемпиона мира никогда никакого счастья не приносило. Материально я немножко улучшил свою жизнь, но в общем-то ничего такого не было. Я инстинктивно никогда не стремился стать чемпионом».
– В итоге Фишер матч выиграл. О чём вы говорили напоследок?
– Сразу после окончания матча Фишер сказал мне, что мы сыграем ещё один матч. Потому что чемпион мира, считал Фишер, должен иметь право на матч-реванш. И он сдержал своё слово.
«В последний год своей жизни он регулярно мне звонил по телефону из Рейкьявика в Париж. Всё время хотел поменять классические шахматы на свои, придуманные им, со свободной расстановкой фигур на последней горизонтали. Я отговаривал его – Бобби, не надо идти против Бога….»
В 1992 Бобби, живший тогда затворником почти 20 лет, решил сыграть со Спасским. И поехал для этого в Югославию, за что ему грозили годы тюрьмы – в итоге он так и не смог вернуться в США. По желанию Фишера был установлен транспарант: «Матч на первенство мира», хотя, конечно, это было не так. «Он считал, что я продолжал оставаться его главным соперником». А себя считал действующим чемпионом – ведь поражения Карпову не было, если не было игры.
Спасский в 1992 снова проиграл. И остался – «главный соперник»! – одним из немногих, с кем Бобби общался всю жизнь. Уговаривая, правда, не верить врачам и верить – в еврейский заговор. «В последний год своей жизни он регулярно мне звонил по телефону из Рейкьявика в Париж. Всё время хотел поменять классические шахматы на свои, придуманные им, со свободной расстановкой фигур на последней горизонтали. Я отговаривал его – Бобби, не надо идти против Бога…».
После смерти Фишера Спасский был на его могиле в Исландии – да, именно там – и спросил: «Место рядом есть?».
Вот это – не тайна ли?
Говорят, шутку Спасского подхватили: что-нибудь подыщут. Он сделал ответный ход: «не тороплюсь».
Спасский в 1992 снова проиграл. И остался – «главный соперник»! – одним из немногих, с кем Бобби общался всю жизнь. Уговаривая, правда, не верить врачам и верить – в еврейский заговор. «В последний год своей жизни он регулярно мне звонил по телефону из Рейкьявика в Париж. Всё время хотел поменять классические шахматы на свои, придуманные им, со свободной расстановкой фигур на последней горизонтали. Я отговаривал его – Бобби, не надо идти против Бога…».
После смерти Фишера Спасский был на его могиле в Исландии – да, именно там – и спросил: «Место рядом есть?».
Вот это – не тайна ли?
Говорят, шутку Спасского подхватили: что-нибудь подыщут. Он сделал ответный ход: «не тороплюсь».
Подписаться на автора текста: