Анна-Мария Шпилько
Жизнь или выбор?
История противостояния движений pro-life и pro-choice


Когда-то давно женщин боялись и почитали за способность творить жизнь. Сегодня их репродуктивным поведением хотят управлять государство
и общество. Давайте посмотрим, как развивались и ограничивались репродуктивные права женщин и как личный вопрос
о деторождении превратился в общественно-политические движения.
Плодогонные средства были хорошо известны жителям Ассирии, Вавилона, Древней Индии и Персии. Использовались нехирургические методы прерывания беременности.
В Египте для этого употребляли чеснок и вино в равных частях, шафран, ягоды можжевельника, морской лук. Для изгнания мертвого плода назначались сидячие ванны с корнями мальвы или алтеи, компрессы со смесью из бобовой муки и бычьей желчи.

Отношение к плодоизгнанию у разных народов отличалось. Так, в Древней Персии аборт был запрещен, а древние евреи прибегали к прерыванию беременности только в случае угрозы жизни матери. Зато аборт весьма энергично поощрялся в некоторые периоды истории Греции и Рима.

Распространение абортов в Древнем Риме связано с развитием рабовладения – содержание беременных женщин и детей было невыгодным для хозяев. К тому же, социальный и правовой статус римского ребёнка был очень низким, пока отец не признает его посредством обряда «поднимания в храме» (sublatio). К нерождённым детям в Риме относились с еще большим пренебрежением. Поэтому вытравливание плода
не рассматривалось как проблема гипотетического лишения жизни.
Не последнюю роль в криминализации абортов сыграло распространение христианской религии. Благодаря религиозной морали впервые формируется представление
о «вытравлении» плода как об убийстве. Аборт становится криминализованным почти
во всей Европе. Ответственность за проведение процедуры несёт сама женщина и тот, кто дал женщине абортивное средство. Собрание вестготских законов VII говорит:

«Кто даст беременной плодогонное питьё, подлежит смертной казни; рабыня, которая достанет себе плодогонное средство, получает 200 ударов плетью; свободная женщина обращается в рабство».

Но женщины не перестали делать аборты. Кроме пероральных средств для прерывания беременности назначалось небезопасное кровопускание из малой подкожной вены
и введение в цервикальный канал пера или гладкого, заостренного кусочка дерева
из руты. С XVII века в практику вошло вскрытие плодного пузыря, которое часто приводило к септическому заражению женщин.
В первой четверти XIX века получили развитие новые методы прерывания беременности: женщины пользовались внутриматочными впрыскиваниями горячей (а позже дегтярной) воды. В середине XIX века был создан эластичный буж. (Он вводился в полость матки между стенками ее и плодным пузырем и оставлялся на несколько дней.) Интересно, что в это время веку оформились национальные предпочтения того или иного абортивного препарата: Франция – бузина, йодистые препараты, прикладывание пиявок к вульве, ламинарии; Германия – алоэ, водку, маточные рожки; Швеция – фосфор; Россия – сулема, хинин и мяожжевельник, а в Сибири – порох с вином, а также скипидар.

Тем не менее аборт все еще остается криминализованным. Во Франции в эпоху революции с 1791 по 1810 г. женщину не наказывали, а лицо, произведшее аборт, каралось 20 годами тюрьмы. Но уже во времена Наполеона наказанию подвергалась
и несостоявшаяся мать. Старое Российское уложение о наказаниях 1845 года рассматривало уничтожение плода как убийство, и беременная каралась тюремным заключением от 4 до 5 лет.

Американская правовая система в то время была куда лояльнее. Здесь действовала доктрина «Первых признаков шевеления плода» беременности. Запрещалось
проводить аборты только после четвертого-шестого месяца, потому что этот срок требовал механического вмешательства, несущего высокие риски для жизни женщины.

Первыми ласточками движения pro-life можно назвать деятельность американских врачей, обеспокоенных своим профессиональным статусом. С одной стороны, таким образом они боролись за монополию на право проведение процедуры аборта. С другой, врачи использовали законы против абортов для политической борьбы и повышения собственного авторитета у консервативно настроенной части общества.
Средние века
Новое время
Древнейшая история
Страны начинают вести индивидуальную политику государственного регулирования абортов. Приход к власти большевиков в России сопровождался «сексуальной революцией» и полной легализацией абортов в 1920 году. Однако в 1936 году аборты
в СССР снова становятся криминализованными, что мотивировалось неблагоприятной демографической ситуацией в стране. Наказанию за искусственное прерывание беременности подвергались и врач, и женщина. Только в 1955 году выходит правительственный Указ «Об отмене запрещения абортов», и вместе с тем было объявлено незаконным проведение абортов вне медицинских учреждений.

В Америке ХХ века аборты становятся криминализированными и остаются такими
до второй половины столетия. По закону преследовались и те, кто делает аборты,
и женщины, которые соглашались на эту процедуру. Но именно в Америке 1960-х годов движения «за» и «против» абортов оформятся как общественно-политические течения.

Операция выскабливания полости матки постепенно вытесняет в XX веке другие методы прерывания беременности. Но нелегальный статус аборта заставлял женщин обращаться за помощью к людям без медицинского образования, а сами процедуры проходили в антисанитарных условиях.
Двадцатый век
Плодогонные средства были хорошо известны жителям Ассирии, Вавилона, Древней Индии и Персии. Использовались нехирургические методы прерывания беременности. В Египте для этого употребляли чеснок и вино в равных частях, шафран, ягоды можжевельника, морской лук. Для изгнания мертвого плода назначались сидячие ванны с корнями мальвы или алтеи, компрессы со смесью из бобовой муки и бычьей желчи.

Отношение к плодоизгнанию у разных народов отличалось. Так, в Древней Персии аборт был запрещен, а древние евреи прибегали к прерыванию беременности только в случае угрозы жизни матери. Зато аборт весьма энергично поощрялся в некоторые периоды истории Греции и Рима.

Распространение абортов в Древнем Риме связано с развитием рабовладения – содержание беременных женщин и детей было невыгодным для хозяев. К тому же, социальный и правовой статус римского ребёнка был очень низким, пока отец не признает его посредством обряда «поднимания в храме» (sublatio). К нерождённым детям в Риме относились с еще большим пренебрежением. Поэтому вытравливание плода не рассматривалось как проблема гипотетического лишения жизни.
Не последнюю роль в криминализации абортов сыграло распространение христианской религии. Благодаря религиозной морали впервые формируется представление о «вытравлении» плода как об убийстве. Аборт становится криминализованным почти во всей Европе. Ответственность за проведение процедуры несёт сама женщина и тот, кто дал женщине абортивное средство. Собрание вестготских законов VII говорит:

«Кто даст беременной плодогонное питьё, подлежит смертной казни; рабыня, которая достанет себе плодогонное средство, получает 200 ударов плетью; свободная женщина обращается в рабство».

Но женщины не перестали делать аборты. Кроме пероральных средств для прерывания беременности назначалось небезопасное кровопускание из малой подкожной вены и введение в цервикальный канал пера или гладкого, заостренного кусочка дерева из руты. С XVII века в практику вошло вскрытие плодного пузыря, которое часто приводило к септическому заражению женщин.
В первой четверти XIX века получили развитие новые методы прерывания беременности: женщины пользовались внутриматочными впрыскиваниями горячей (а позже дегтярной) воды. В середине XIX века был создан эластичный буж. (Он вводился в полость матки между стенками ее и плодным пузырем и оставлялся на несколько дней.) Интересно, что в это время веку оформились национальные предпочтения того или иного абортивного препарата: Франция – бузина, йодистые препараты, прикладывание пиявок к вульве, ламинарии; Германия – алоэ, водку, маточные рожки; Швеция – фосфор; Россия – сулема, хинин и мяожжевельник, а в Сибири – порох с вином, а также скипидар.

Тем не менее аборт все еще остается криминализованным. Во Франции в эпоху революции с 1791 по 1810 г. женщину не наказывали, а лицо, произведшее аборт, каралось 20 годами тюрьмы. Но уже во времена Наполеона наказанию подвергалась и несостоявшаяся мать. Старое Российское уложение о наказаниях 1845 года рассматривало уничтожение плода как убийство, и беременная каралась тюремным заключением от 4 до 5 лет.

Американская правовая система в то время была куда лояльнее. Здесь действовала доктрина «Первых признаков шевеления плода» беременности. Запрещалось проводить аборты только после четвертого-шестого месяца, потому что этот срок требовал механического вмешательства, несущего высокие риски для жизни женщины.

Первыми ласточками движения pro-life можно назвать деятельность американских врачей, обеспокоенных своим профессиональным статусом. С одной стороны, таким образом они боролись за монополию на право проведение процедуры аборта. С другой, врачи использовали законы против абортов для политической борьбы и повышения собственного авторитета у консервативно настроенной части общества.
Средние века
Новое время
Древнейшая история
Страны начинают вести индивидуальную политику государственного регулирования абортов. Приход к власти большевиков в России сопровождался «сексуальной революцией» и полной легализацией абортов в 1920 году. Однако в 1936 году аборты в СССР снова становятся криминализованными, что мотивировалось неблагоприятной демографической ситуацией в стране. Наказанию за искусственное прерывание беременности подвергались и врач, и женщина. Только в 1955 году выходит правительственный Указ «Об отмене запрещения абортов», и вместе с тем было объявлено незаконным проведение абортов вне медицинских учреждений.

В Америке ХХ века аборты становятся криминализированными и остаются такими
до второй половины столетия. По закону преследовались и те, кто делает аборты,
и женщины, которые соглашались на эту процедуру. Но именно в Америке 1960-х годов движения «за» и «против» абортов оформятся как общественно-политические течения.

Операция выскабливания полости матки постепенно вытесняет в XX веке другие методы прерывания беременности. Но нелегальный статус аборта заставлял женщин обращаться за помощью к людям без медицинского образования, а сами процедуры проходили в антисанитарных условиях.
Двадцатый век
Несколько событий 1960-х годов заставили американское общество поменять отношение к абортам. Распространенное в США и Европе снотворное «Талидомид», оказалось пагубным для развития плода. У принимавших его женщин рождались дети с серьезными патологиями. К похожему эффекту привела вспышка краснухи. Фотографии младенцев с врожденными аномалиями стали появляться в СМИ и вызвали бурное общественное обсуждение.
В это время под влиянием антивоенных настроений и движения за гражданские права формируется вторая волна феминизма. Женщины начинают задумываться о репродуктивных правах. Благодаря митингам и общественной огласке получается запустить программу реформы закона, запрещающего аборт.
Общественные настроения замечают консервативно настроенные группы. Новому начинанию противостояло объединение католических врачей, юристов и домохозяек.
В 1967 году Национальный совет католических епископов помог их кампаниям поддержкой, деньгами и созданием «Национального комитета по праву на жизнь».
В это время под влиянием антивоенных настроений и движения за гражданские права формируется вторая волна феминизма. Женщины начинают задумываться о репродуктивных правах. Благодаря митингам и общественной огласке получается запустить программу реформы закона, запрещающего аборт.
Общественные настроения замечают консервативно настроенные группы. Новому начинанию противостояло объединение католических врачей, юристов и домохозяек.
В 1967 году Национальный совет католических епископов помог их кампаниям поддержкой, деньгами и созданием «Национального комитета по праву на жизнь».
Ключевым моментом стало Решение Верховного суда США по делу «Роу против Уэйда» 1973 года, легализовавшее аборты во всех пятидесяти штатах. Это событие раскололо американское общество.
Ключевым моментом стало Решение Верховного суда США по делу «Роу против Уэйда» 1973 года, легализовавшее аборты во всех пятидесяти штатах. Это событие раскололо американское общество.
Добившись легализации абортов и повысив их безопасность, представители движения задумались о социально уязвимых группах женщин (цветные женщины, женщины с низким доходом), которые не могли получить помощь. Начинают появляться некоммерческие центры по прерыванию беременности и медицинские организации, предлагающие провести процедуру по низкой цене.

Движение pro-choice ставило акцент на необходимости повышения доступности и безопасности проводимых операций. Также прерывание беременности предлагалось рассматривать как инструмент планирования семьи.


Обеспокоенные легализацией аборта активисты смогли организовать усилия для продвижения поправки Хайда, запрещавшую финансирование абортов по программе Medicaid, если жизнь женщины не находится в опасности.

Помимо политической сферы, pro-life работало с обществом. Их риторика заключалась в обращении к культурному и юридическому статусу нерожденного ребенка. Стратегия заключалась в персонификации плода. Инструментами, оказавшими наибольший эффект, оказались графические изображения абортированных плодов, создание кукол и распространение фильмов, агитирующих сохранить беременность.


Добившись легализации абортов и повысив их безопасность, представители движения задумались о социально уязвимых группах женщин (цветные женщины, женщины с низким доходом), которые не могли получить помощь. Начинают появляться некоммерческие центры по прерыванию беременности и медицинские организации, предлагающие провести процедуру по низкой цене.

Движение pro-choice ставило акцент на необходимости повышения доступности и безопасности проводимых операций. Также прерывание беременности предлагалось рассматривать как инструмент планирования семьи.
Обеспокоенные легализацией аборта активисты смогли организовать усилия для продвижения поправки Хайда, запрещавшую финансирование абортов по программе Medicaid, если жизнь женщины не находится в опасности.

Помимо политической сферы, pro-life работало с обществом. Их риторика заключалась в обращении к культурному и юридическому статусу нерожденного ребенка. Стратегия заключалась в персонификации плода. Инструментами, оказавшими наибольший эффект, оказались графические изображения абортированных плодов, создание кукол и распространение фильмов, агитирующих сохранить беременность.
Аргументация сторон
Сегодня движения pro-life и pro-choice вышли за пределы общественно-политической жизни США, а аргументами обеих сторон пользуются по всему миру
Сторонники выбора считают, что, пока плод не может существовать вне тела матери, он не может быть рассмотрен как отдельный человек. Таким образом, ещё нерожденные дети не могут обладать правами человека.
Основной аргумент защитников жизни – наличие у эмбриона уникального генома и приобретение им физических черт человека в ходе внутриутробного развития. Таким образом, сторонники pro-life приравнивают прерывание беременности к убийству.
Статус эмбриона
Ответственность за беременность, возникшую из-за пренебрежения контрацепцией, должны нести партнеры, а не их ребенок.
Ответственность за сексуальный контакт
Влияние
на демографию
Человек имеет право заниматься сексом не только ради деторождения. Аборт позволяет избавиться от нежелательной беременности, в том числе после изнасилований.
Демография не зависит от доступности легальных абортов.
На неё в большей степени влияет благосостояние населения, социально-политические события. Также демография подвержена циклическим спадам и подъемам. Запрет прерывания беременности
в медицинских учреждениях
не останавливает женщин
от обращения к ним, но повышает число опасных подпольных абортов.
Защитники жизни считают, что доступность абортов отрицательно сказывается на демографии. И что помощью запретов прерывания беременности можно искусственно повысить рождаемость.
Физические страдания плода
До 24 недели развития эмбриона нервные связи в мозгу плода недостаточно плотные, чтобы он чувствовал боль.
Причинение боли живому существу неэтично.
Защитники выбора ставят
в приоритет жизнь и желание женщины. Юридический статус беременной женщины, в отличие от статуса плода, не подлежит сомнению. Она уже сформировавшийся человек, обладающий неотчуждаемыми правами и свободой выбора. Вопрос о сохранении плода или прерывании беременности каждая женщина должна решать индивидуально.


Право женщины распоряжаться своим телом
Религиозные
аргументы
Защитники жизни часто ссылаются
на религиозные идеи и высказывания лидеров. США – религиозная страна, поэтому такие аргументы имеют большой вес для общества. Отношение российского общества
с религией в целом и РПЦ
в частности сложные, но в последнее время инициативы по ограничению репродуктивных прав поступали со стороны церкви.
  • Вопрос:
    Каков статус эмбриона?
    Мнение:
    Сторонники выбора считают, что, пока плод не может существовать вне тела матери, он не может быть рассмотрен как отдельный человек. Таким образом, ещё нерожденные дети не могут обладать правами человека.

    Основной аргумент защитников жизни – наличие у эмбриона уникального генома и приобретение им физических черт человека в ходе внутриутробного развития. Таким образом, сторонники pro-life приравнивают прерывание беременности к убийству.
  • Вопрос:
    Беременность = ответственность за сексуальный контакт?
    Мнение:
    Сторонники выбора скажут, что человек имеет право заниматься сексом не только ради деторождения. Аборт позволяет избавиться от нежелательной беременности, в том числе после изнасилований. Сторонники жизни скажут, что ответственность за беременность, возникшую из-за пренебрежения контрацепцией, должны нести партнеры, а не их ребенок.
  • Вопрос:
    Влияет ли ограничение проведение абортов на демографию?
    Мнение:
    Сторонники выбора говорят, что демография не зависит от доступности легальных абортов.
    На неё в большей степени влияет благосостояние населения, социально-политические события. Также демография подвержена циклическим спадам и подъемам. Запрет прерывания беременности в медицинских учреждениях
    не останавливает женщин от обращения к ним, но повышает число опасных подпольных абортов.

    Защитники жизни считают, что доступность абортов отрицательно сказывается на демографии. И что помощью запретов прерывания беременности можно искусственно повысить рождаемость.
  • Вопрос:
    Испытывает ли плод боль при проведении аборта?
    Мнение:
    Да! – ответят пролайферы. – А причинение боли живому существу неэтично.

    Нет! – ответят защитники репродуктивных прав. – До 24 недели развития эмбриона нервные связи в мозгу плода недостаточно плотные, чтобы он чувствовал боль.
Религиозные аргументы
Защитники жизни часто ссылаются на религиозные идеи и высказывания лидеров. США – религиозная страна, поэтому такие аргументы имеют большой вес для общества. Отношение российского общества с религией в целом и РПЦ в частности сложные, но в последнее время инициативы
по ограничению репродуктивных прав поступали со стороны церкви.
Право женщины распоряжаться своим телом
Защитники выбора ставят в приоритет жизнь и желание женщины. Юридический статус беременной женщины, в отличие от статуса плода, не подлежит сомнению. Она уже сформировавшийся человек, обладающий неотчуждаемыми правами и свободой выбора. Вопрос о сохранении плода или прерывании беременности каждая женщина должна решать индивидуально.
Движение за право выбора в США потерпело крупное поражение в 2022 году, когда Верховный суд США отменил решение по делу «Роу против Уэйда», отказавшись при этом от легализации абортов на федеральном уровне и передав это в ведение каждого штата. Сегодня аборты запрещены в 14 из них.
В 2020 году Польша стала единственной европейской страной, запретившей аборты, а это решение повлекло за собой серии протестов со стороны полячек.


Положение дел в России сегодня
Репродуктивные права россиянок сегодня тоже находятся под угрозой.
В рамках обращения политики государства к семейным ценностям поступают инициативы по сокращению доступности абортов. Несмотря на то, что комитет Госдумы не поддержал идею о запрете проведения абортов в частных клиниках, ряд регионов России ввели подобное ограничения на своей территории. Путь к снижению числа абортов также видится в давлении
на медицинских специалистов: в пяти регионах введен штраф за «склонение
к абортам», в одном – поощрения получают врачи, отговорившие женщину
от процедуры.